СОН №2.
Всё течёт. Наши с тобой отношения изменяются- не могу понять причину, много курю, пытаюсь найти поддержку у друзей. Мы перестали жить вместе, ты устроился на какую-то новую работу, о которой мне ничего неизвестно. Я перебираю как крупу всё прошлое, пытаясь найти ответ, причину, способную принести мне облегчение. Но все концы в воде. Я измотана, устала, не могу ни спать, ни есть.
Мы договариваемся о встрече в одном из уличных кафе, оно чем-то примечательно для меня и на миг кажется, что всё вернулось. Я покупаю огромный букет полевых цветов и иду на встречу. Вижу тебя, ты уже обедаешь, на столе лежит букет. Ты заказал мне яичницу и две огромных котлеты- странное сочетание, ни то ни другое я никогда не заказываю, к тому же они уже остыли. Дарю тебе цветы, улыбаешься. Берёшь со стола свой букет. Я знаю, что это-твоих рук создание, ни у одного флориста в городе не хватило бы на это фантазии. Он похож на небрежно разлитые художником краски.
А: Какой сегодня день удивительный- все дарят друг другу цветы!
Я (улыбаюсь, я счастлива)
А: Подожди немного, я скоро приду, у Кристины как раз сейчас перерыв.
Перестаю дышать. Я вижу, что тебе достовляет истинное, первородное наслаждение наблюдать за переменой моего лица. Уходишь.
Я встаю, мне нужен тайм-аут. Как боксёр перед тем ударов, который отправит его в накаут. Бегу по улице, начинаю задыхаться, наконец, плакать. Через 20 минут я возвращаюсь. Ты, нежно улыбаясь, сидишь за тем же столиком. Плоскость стола кажется невероятно широкой, поэтому я сажусь с твоей стороны.
А: Съешь что-нибудь. Ты дурно выглядишь.
Я (пытаясь выказать безразличие): А кто такая Кристина?
А: Не важно. Она красивая.
Я: А я?
А: А ты уже нет. (твоя улыбка словно говорит: ты же знала, что всё так будет)
СОН №1.
Дача. Я и незримый друг(он не попадает в поле бокового зрения) выходим с участка, направляясь по аллее к магазину. Люди, попадающиеся нам на пути и виденные на соседних участках будто погружены в опиумную эйфорию, но в тот момент мы не предаём этому значения- на улицах жара.
До магазина остааётся метров 30, когда мы останавливаемся как вкопанные- два огромных тигра, лилово-жёлтых, игриво дерутся. Мы останавливаемся, завороженные зрелищем, и животные внезапно поворачивают к нам головы, смотря прямо в глаза. Мы срываемся с места и бежим, бежим долго, постоянно обораиваясь, совершенно сбитые с толку, окутанные животным страхом. За нами никто не гнался. Через несколько дней в этой местности исчезло всё живое. Тотальное осознание этого пришло лишь когда мы покидали это место в машине, пока ещё плохо осознавая взаимосвязь всех этих событий.
В такие моменты как сейчас, расстворение в Бытии кажется реальным, я имею ввиду, что сидя на подоконнике открытого окна я впервые за долгое время пою и умопомрачительное падение вниз кажется не признанием того, что жизнь не стоит труда, чтобы её прожить (Ах, этот абсурд, но лишь каким-то полётом мимо книжных полок, с банками варенья на них, чем-то навроде Кэроловской Алисы, с её софизмами по пути вниз. Я бы обменяла своё рацио, на возможность полёта. Пшеничное поле, мокрые колосья, босые ноги- ты и сейчас со мной, один толчок словно от бортика бассейна, только мягче, и мы летим над лесами. Быть может отвар, сваренный твое бабкой, этой женщиной с мягким голосом, такими чёрными волосами и глазами-маслинами, какой видела я её во сне, мог бы мне помочь, да вот только я от него отказалась. Растворяюсь в чувствовании, прости меня, я женщина. Время, пространство утекает как песок сквозь пальцы, как песочные часы, когда думаешь, что 5 минут, а на самом деле- одна. И снова лето. Нора вырыта, и я должна приступить к следующей, но могу ли я? Хватит ли мне сил? Стало ли мне лучше или все по-прежнему? Не знаю. Спасибо Боно, теперь мне есть кого винить. Хотела бы зачать сына, среди снегов Эльбруса и увидеть, как он будет держаться в седле (улыбаюсь) Осталась бы здесь, до тех пор пока не пересохнут океаны, моря, пока Солнце не станет красным гигантом, не вымрет человеческая раса, чтобы увидеть всё это.
люблю наблюдать за собой прошлой. улыбаюсь, смотря на нелепые записи, сделанные здесь. Раньше злисась, не могла поверить, что это глупое существо-я. Сейчас стала снисходительна. Смеюсь: на плёнке мне 8, я показываю какую-то книжку жене папиного друга и с многозначительным видом произношу: это элефант. Нашла свою тетрадь с эссе по психологии от 9ого класса. смеюсь...
, но лишь каким-то полётом мимо книжных полок, с банками варенья на них, чем-то навроде Кэроловской Алисы, с её софизмами по пути вниз. Я бы обменяла своё рацио, на возможность полёта. Пшеничное поле, мокрые колосья, босые ноги- ты и сейчас со мной, один толчок словно от бортика бассейна, только мягче, и мы летим над лесами. Быть может отвар, сваренный твое бабкой, этой женщиной с мягким голосом, такими чёрными волосами и глазами-маслинами, какой видела я её во сне, мог бы мне помочь, да вот только я от него отказалась. Растворяюсь в чувствовании, прости меня, я женщина. Время, пространство утекает как песок сквозь пальцы, как песочные часы, когда думаешь, что 5 минут, а на самом деле- одна. И снова лето. Нора вырыта, и я должна приступить к следующей, но могу ли я? Хватит ли мне сил? Стало ли мне лучше или все по-прежнему? Не знаю. Спасибо Боно, теперь мне есть кого винить. Хотела бы зачать сына, среди снегов Эльбруса и увидеть, как он будет держаться в седле (улыбаюсь) Осталась бы здесь, до тех пор пока не пересохнут океаны, моря, пока Солнце не станет красным гигантом, не вымрет человеческая раса, чтобы увидеть всё это.
